Andrey Krasnov (grigoriyz) wrote,
Andrey Krasnov
grigoriyz

Categories:

Рассказ # 2

Это второй рассказ, написанный на конкурс в https://na-slabo.livejournal.com . Он замечателен тем ,что был выдуман от начала до конца (Хотя ,естественно, некоторые сцены из жизни там присутствуют). Прошу не в коей мере не отождествлять героя рассказа с автором: полная противоположность :)  И ещё :  это немного другой вариант этого рассказа (слегка отшлифованный) ,чем тот ,который я отослал на конкурс.


КОРОБКА КОНФЕТ.
                     

My momma always said, "Life was like a box of chocolates.
You never know what you're gonna get".
(Моя мама всегда говорила: "Жизнь как коробка ассорти:
никогда не знаешь, какая начинка тебе попадётся")
                   
к/ф "Форрест Гамп"
       
   
Она была скрипачкой, вернее училась в музыкальной школе по классу скрипки. Помнится, ещё в младших классах, я из окна наблюдал как девочка с коричневым футляром в руке идёт на занятия. Руки её казались очень красивыми: тонкие с длинными пальцами. Да и вся она такая изящная и ладная. Во что бы не одевалась, хоть в тренировочные штаны с белой футболкой на урок физкультуры, всегда смотрелась элегантно.    У нас наблюдалась некоторая внешняя схожесть: оба голубоглазые блондины. Отец любил повторять, что люди выбирают возлюбленных из себе подобных. Наверное так и есть: в глубине души собственная внешность кажется нам идеальной. Полагаю, мы выглядели действительно гармоничной парой. Много позже одна из её подруг заметила: "Ой ,ребята, вы так хорошо вместе смотритесь! Вы оба такие красивые, кукольные. Прямо как Дюймовочка со своим Принцем эльфов!".

    У неё были золотистые кудрявые волосы ,короткие для девочки - чуть ниже ушей, стройная шея и так волновавшая меня потом родинка на щеке. А годам к пятнадцати уже появились талия и бёдра. Звали её замечательным именем Катя, то есть Катенька. Я бы никогда в жизни не решился подойти к этой девушке первым, но однажды она мне как-то по особенному улыбнулась и я воспринял это как пропуск к более серьёзному знакомству. Не знаю почему она меня вдруг заметила. Может единственно потому, что я был самым высоким парнем в классе. А может мне вообще всё это показалось. Но с того момента я начал робко за ней ухаживать.    
     Не могу сказать, что Катя сразу же откликнулась. Сперва она отвечала на все приглашения отказом. Но в конечном итоге я взял её измором. Ведь нравилась она очень многим, но открыто оказывал внимание только я. То есть вокруг никого кроме меня больше не было. К тому же мы относились к одному "сословию" - дети из хороших семей. Короче, на моё шестнадцатилетие она уже сидела за праздничным столом и разговаривала с мамой. 
     Так мы начали встречаться ("ходить", как это называли у нас в школе). В основном бесцельно гуляли. Она любила бродить по центру Москвы. Правда в те советские годы там ещё было совсем не так весело. Помню, как-то купили мороженое и я, желая чем-то поразить, спросил: "А хочешь я сейчас кину его в окно?" И Катя совершенно неожиданно согласилась. В проёме виднелась кухня какого-то кафе, находящаяся чуть ниже уровня земли. Раздался визг, а мы ,впервые в жизни взявшись за руки, весело побежали. 
     Иногда вместе ходили на спектакли в ЛенКом. Не знаю, почему она выбрала именно этот театр, но в памяти осталось, что начали мы там с "Тиля". А в последний раз попали уже лет в восемнадцать на "Синие кони на красной траве" с Янковским в роли Ленина. Порой посещали выставки, чаще всего проходящие в Пушкинском музее, точнее, музее его имени. Я в то время совсем не любил живопись, но очень любил Катю. 
      Ещё эта девушка обожала слушать всякие иностранные ансамбли. Мелькали незнакомые названия типа "Дип Пёрпл", "Арабески", "Пинк Флойд", "Юрай Хип". У неё в комнате стоял огромный коричневый агрегат "Комета"с большими бобинами и часто чувствовался специфический запах нагретой магнитофонной ленты. Я этого всего совершенно не понимал и не разделял, даже несмотря на острое желание всё время быть вместе.  
      Надо сказать, она всегда вела себя со мной дружелюбно, но долгое время держала на расстоянии, близко не подпускала (всё ж-таки времена были пуритански-советскими, у подавляющего большинства ребят моего возраста девушки вообще не было). Да "лезть" к ней я и сам не собирался: она представлялась мне каким-то совершенством ,которым надо молча любоваться не трогая, дабы не испортить. Как красивая хрупкая бабочка. Но в то же самое время, скучая на уроках, я мысленно срывал одежду с нашей училки литературы (сочной двадцатисемилетней брюнетки "Валентиши"), в тот самый момент, когда она с визгливыми интонациями рассказывала нам о Сонечке Мармеладовой, "вечной Сонечке пока мир стоит".  
      В общем, наши отношения развивались медленно. Всё это было, как тогда говорили: "Мальчик с девочкой дружит, мальчик девочке нужен". Только потом, в десятом, она как-то уже со мной смирилась и в определённый момент даже зачем-то захотела чего-то большего. Скорее всего, исключительно из любопытства и желания познать взрослую жизнь. Она вдруг однажды прильнула ко мне, я решился поцеловать её сперва в щёку, затем в губы и неожиданно почувствовал ответное движение губ. Моя рука осмелела и легко протиснулась между её худыми коленками. Далее произошла какая-то жалкая возня, и ничего не случилось: лишь потыкался. Она меня не чем не поддержала и не подбодрила. Думаю, тоже растерялась,но пыталась это скрыть за равнодушием. Я тогда не знал,что в первый раз так происходит почти с каждым. Но больше никогда уже не решался пойти ни на какую близость, боясь позора. 
      Всё же после этого она стала позволять себя касаться и рассматривать: никогда раньше я не имел такой возможности. Была она удивительно чистенькой, гладенькой, её хотелось всё время нюхать и целовать. В итоге, Катя так и осталась для меня недоступной радостью, как та коробка прелестного дорогого шоколада, которую мама в моём далёком детстве спрятала в шкафу и заперла на ключ. 
       Все два последних класса школы я не мог ни на чём сосредоточиться, кроме как на моей любви. Я не находил себе места, если по какой-то причине Кати не было в школе. В результате, никакие репетиторы не помогли: я пусть и не завалил экзамены в институт, но не прошёл по конкурсу, а уже следующей весной отправился в армию. Она же, как мне помнится, с помощью своего папы-профессора поступила на факультет журналистики. Там её сразу же закрутила бурная студенческая жизнь с вечеринками, походами, самодеятельными театрами, дискотеками. Но, как ни странно, мы продолжали встречаться до самого моего призыва.

(Продолжение следует)
Tags: шоколад в шкафу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments