Andrey Krasnov (grigoriyz) wrote,
Andrey Krasnov
grigoriyz

Category:

Раннее детство

"В детстве мне хотелось побыстрее вырасти и стать независимой"
 
Из интервью с известной российской актрисой.
 
    Я родился во времена Хрущёва, поэтому меня не назвали Никитой.  Хотя Хрущёва через 3 года уже сняли, но имя так и осталось.  Это был год полёта Гагарина в космос, всю страну переполняла гордость.  В магазинах 60-х годов я помню картинки с обозначенными разными частями мяса и такие картинки ещё имели смысл. А ещё везде была красная и даже чёрная икра в маленьких стеклянных баночках. Родители мне её иногда покупали.  Также помнится, что детей в те годы не любили, никакого снисхождения к ним не было и общение проходило в стиле покрикивания.  Впрочем, так вели себя всё же не все.

    А жили мы тогда в Савельевском, прежде Савёловском, а ныне Пожарском переулке. Это самый центр, рядом с Остоженкой, недалеко от бассейна "Москва" (ныне и раннее храм Христа Спасителя).  До революции и даже немного позже это была квартира моего деда.  Квартиру подарил богатый тесть на свадьбу с первой женой.  Потом постепенно туда стали подселять победивший пролетариат и в итоге мы уже жили в одной комнате разделённой перегородкой.  Перегородку поставили, когда мои родители поженились. Для этого требовалось специальное разрешение и его сперва хотели не дать, но мама во время заседания очень вовремя заплакала и её пожалели. Комната была с высокими потолками, дубовыми полами, винтеляционными прорезями покрытыми металлическими рамками, и широкими подоконниками. Всё бы было хорошо, если бы не соседи.
 
    Люди в коммуналках жили совсем не так дружно и весело как это показывают в фильмах или в песне Розенбаума. По большей части это была вражда, интриги, группировки.  Мне помнятся четверо соседей.  Направо от входной двери жила отвратительная старуха лет пятидесяти - Марь Иванна. Семью её я как-то помню плохо, но она всегда про меня говорила какие-то гадости. Не очень понятно почему.  Однажды у неё гостила внучка болевшая ветрянкой и она это скрыла. Мама моя её чуть за это не побила.  Работала эта бабка уборщицей в зубном кабинете. Как описывала мама "зубы подбирала".  Мы её как-то там встретили и на работе она вдруг оказалась куда более приветливой.  Видимо стеснялась сотрудников.
                   
      Налево от входа, как я позже понял, жил когда-то мой дед (до того пока не женился снова и не переехал в другую квартиру). Сперва при мне там жил интеллигентнейший старик Борис Александрович с женой.  Помню только, что он был очень милым и выписывал журнал "Шпилька" на непонятном языке. Бабушка мне объяснила, что это что-то типа нашего "Крокодила".  У  Бориса Александровича было плохо со здоровьем и на лето они с женой куда-то уезжали. Через несколько лет они переехали и вместо них въехала семья из трёх человек:  отец с матерью и сын - мой ровестник.  Сына этого я уже знал: мы с ним были в одной группе детского сада.  Звали его Виталий,  Виталик Голод.  Уже с самого детства он был редкостной мразью:  хитрым и подлым.  Он мог ударить тебя со спины и быстро убежать.  Наверняка таким и вырос.  Отец его был нормальным мужиком, когда -то служил на флоте поваром, по тамошнему куком. От тех времён у него остался значок с третьим разрядом по какому-то виду спорта, им мне хвастался Виталик.  Мать у Виталика была редкостной стервой, а потому быстро сошлась с Марь Иванной, образовав крепкую группировку против всех других жильцов. Кстати мама рассказывала, что муж Марьи Ивановны был полным придурком: когда моя бабушка ещё работала и он встречал её утром у двери, всегда неизменно вместо приветствия говорил "Вот пошли работнички!".  Правда судя по всему говорил он это беззлобно.
 
     Сперва, когда в квартире появился Виталик я даже обрадовался: есть с кем поиграть.  Иногда я к нему приходил ,иногда он ко мне.  Родителей он называл "папка" и "мамка".  Я так своих тоже попробовал называть, но им почему-то не понравилось.  Мы рисовали , играли в "танчики" и вроде всё было даже весело. Но в группе детского сада он всегда оказывался на стороне моих врагов и отношения вскоре сошли на нет.
 
    Второй справа была наша расщиплённая комната. Между квартирой Марь Иванны и нашей на стене висел телефон, а по длинному тёмному коридору стояли какие сундуки.  Напротив нашей двери слева была дверь кажется домработницы Бориса Александровича - милой тихой старушки, дававшей нам на праздники стулья для гостей.  Стулья были красивыми, хорошего дерева с какими-то узорами.
 
   Дальше с правой стороны шла дверь тёти Жени с её мужем и дочерью - школьницей старших классов - Верочкой.  Девушка в какой-то момент оказалась без должного присмотра, днём приводила какого-то парня, в итоге забеременела. Но родители не растерялись и пустили парня в оборот: заставили жениться. Я помню как однажды во мраке коридора мы с папой встретили Верочку в белом платье и он её поздравил, упомянув ,что слишком всё рано:  девушке было 17 лет.
 
    Тётя Женя эта была крупной женщиной лет за сорок и относилась ко мне совсем неплохо. Как-то раз даже пригласила к себе в комнату.  Муже её работал постовым милиционером и был вроде тоже неплохим мужиком. А вот про родителей её рассказывали ужасные вещи.  Отец работал где-то в органах и они там занимались чем-то очень незаконным.  В какой-то момент его жена (мать тёти Жени) почувствовала ,что их вот-вот накроют и посоветовала мужу сдать всех подельников. Тот так и сделал. Всех его друзей потом надолго посадили, а он остался невредим.
   
  Дальше коридор изгибался и шёл на большую кухню, где у каждого была своя плита и место для готовки.  Справа на кухне была дверь ведущая на чёрный ход. Куда этот чёрный ход вёл я уже не помню, но это была просто лесница ведущая вниз.  Справа по этому коридору находились туалет и ванная, которыми пользовались все по очереди. Кроме того существовал какой-то график дежурств по уборке квартиры.
   
   Слева напротив туалета располагалась довольно большая кладовая комната. Там когда-то жила домработница моего деда и няня моей мамы - Марфуша. Мама как в детстве назвала её Масёй ,так и звала всю жизнь.  Та была очень верующей и осталось подозрение, что она мою маму тайно крестила.  Бабушка мне в детстве сказала странную вещь :  "Марфуше всегда казалось, что она меня не любит. Но на самом деле это было не так".  Со временем я понял, что так бывает.
   

                   

                                     

                             

                                     

                               
(Продолжение следует)
Subscribe

  • Дети летом.

    Дети особенно хороши летом, когда им не надо учиться и они абсолютно свободны. Вот уже кажется месяц как мои младшие дети ездят в лагерь. Саша там…

  • Раннее детство. Часть 8.

    А в 5 лет я ездил с мамой в Пирятин полтавской области (Там ,если просишь что-то уж очень крутое и нереальное, говорили "Здесь тебе не Москва…

  • В этот день 6 лет назад

    Этот пост был опубликован 6 лет назад!

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 95 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Дети летом.

    Дети особенно хороши летом, когда им не надо учиться и они абсолютно свободны. Вот уже кажется месяц как мои младшие дети ездят в лагерь. Саша там…

  • Раннее детство. Часть 8.

    А в 5 лет я ездил с мамой в Пирятин полтавской области (Там ,если просишь что-то уж очень крутое и нереальное, говорили "Здесь тебе не Москва…

  • В этот день 6 лет назад

    Этот пост был опубликован 6 лет назад!