Старый дом.
В старом нашем доме мы прожили больше 10-ти лет. По имени нас там, конечно , не все знали, но внешне мы на весь этот наш небольшой посёлок были вполне узнаваемы. Сколько же там домов было? Двести , триста? Как-то никогда не считал, но немало. Наша средняя дочка приехала туда, когда ей было пол-года, а младшая там родилась, но как раз через пол - года уехала. Она ,естественно, ничего там не помнит. Как-то я специально проехал по тем местам и сказал ей: "Вика, вот тут мы когда-то жили!". Она удивлённо ответила: "В этом маленьком городке?". Теперь у нас дом много больше и даже действительно странно, что когда-то мы жили в другом месте. Вот уже 7 лет, как мы обитаем совсем в других условиях. Хотя кое-что и оказалось хуже: расстояние между домами в старом месте было много больше, ибо тогда ещё дома не ставили один на другой. Но площади у нас сейчас больше прямо в два раза. К тому же три уровня: 2 этажа и законченный подвал. Вот там как раз среди рисунков Пикассо я и прячусь от местных газонокосильщиков, но это нюансы.
В старый дом мы вложили очень много: перекрыли кое-где крышу, из простого туалета создали туалет и ванну, в другой ванной поставили джакузи, сделали везде паркет. В гараже тесть установил подвесные полки, где мы хранили ненужные вещи. Вокруг дома жена всё обложила камнями и создала газон. И вообще там мы долгое время хорошо жили. Там был бассейн над землёй, мы повесили сетку и играли всё лето в водный волейбол. Приходили гости, мы много общались, запивая всё лёгким алкоголем. Там весь год я сажал на углу улицы нашу среднюю дочку Сашу в жёлтый автобус. Там родилась наша младшая Вика и я ночами её убаюкивал. Мне было уже 53 года, но я тогда ещё чувствовал себя молодым. По вечерам я сажал её в коляску и мы гуляли по всему посёлку, болтая с соседями. А по воскресеньям мы сперва ездили в церковь, а затем навещали родителей, чтобы дать жене отдых. В общем это большая часть моей жизни. А потом мы как следует убрались и начали продавать дом. Первая попытка закончилась неудачно: наш агент поставил слишком большую цену. После полу года неудачных продаж мы сняли дом с рынка. Но через пару лет вновь его выставили. Рынок продаж домов был уже много лучше и агента мы выбрали другого. В итоге дом был продан в течение 6 дней. Вау!
Я как-то ещё по фамилии и имени вычислил , что женщина , покупающая наш дом афро-американка - Памелла Маршалл. Есть тут некоторые хитрости. Женщине этой было 52 года и она являлась ветераном войны, что уже делает человеку большую честь кем бы он там не был. Однако встретились мы только на подписании документов. Женщина пришла с матерью семидесяти с небольшим лет и племянницей лет 20-ти. Всё прошло как-то весело, хотя с агентом с её стороны были некоторые споры. Мне потом неожиданно совершенно стало жаль эту новую хозяйку: как бы её все вокруг не заклевали. А вообще те чёрные, которые селятся среди белых, активно своих собратьев не любят. Так что им не привыкать.
Как она там вжилась в коллектив я в точности не знаю. Однако знаю, что она почему-то сломала буквально всё ,что мы там делали: бассейн, полки в гараже, газоны, одну из ванн. Вместо гаража она сделала комнаты. Странная мысль: живёт -то там всего 3 человека. В общем я иногда проезжаю мимо нашего дома и берёт меня грусть. Однако что делать: мы его продали.
Так наш дом выглядел, когда мы там жили:
